Мы почтительно напоминаем Вам, что раз в год Вы покидаете Ваш дом, чтобы посетить городскую выставку орхидей, и мы предполагаем, что данная настоятельная необходимость, хотя и не такая существенная для Вас лично, явится достаточным основанием для того, чтобы вы пожертвовали своим комфортом.

С глубоким уважением…

Винольд Глюкнер, Кайлер Дитсон, Т. М. О'Горман, Раймонд Плен, Ч.Э. Шенкс, Кристофер Бэмфорд».

Я вернул документ Вулфу, сел за стол и снова ухмыльнулся. Вулф же свернул бумагу и сунул ее под окаменевший кусок дерева, которым он пользовался как пресс-папье.

Фрост сказал:

– Это самое лучшее, что я мог придумать. Вы мне необходимы. Это дело должно быть раскрыто. Я должен заполучить вас. Вы поедете?

Вулф выводил указательным пальцем круги на ручке кресла.

– Почему, черт возьми, они подписали эту штуку?

– Потому, что я просил их это сделать. Я объяснил. Я сказал им, что никто, кроме вас, не может решить эту задачу и что вас нужно уговорить. Я также сказал им, что, кроме денег и еды, единственное, что вас интересует, – это орхидеи, и что никто не может повлиять на вас кроме них, лучших специалистов по орхидеям в Америке. У меня были рекомендательные письма к ним. Я сделал все правильно. Вы заметили, что я ограничил мой список самыми авторитетными. Поедете?

Вулф вздохнул.

– У Алекса Мартина сорок тысяч растений, а он не стал подписывать, а?

– Он подписал бы, если бы я постарался, но Глюкнер сказал мне, что вы считаете Мартина нечестным и плохим специалистом… Так поедете?

– Ерунда. – Вулф вздохнул. – Дьявольская наглость.

Он погрозил пальцем молодому человеку.

– Послушайте. Вы, кажется, ни перед чем не остановитесь. Вы отрываете этих достойных людей от их работы, чтобы заставить их подписать эту идиотскую бумагу. Вы осаждаете меня. Почему? Откуда такой большой интерес к этому делу? Убитая девушка – кем она была для вас?